Янка Дягилева

Материал из Urbanculture
Перейти к: навигация, поиск
Вот лет мне - 24, а звать меня - Дягилева Яна Станиславовна. А песню "Особый Резон" я попробую спеть, но, может быть, спою, а может быть, и не спою.

ответ Янки на вопрос из зала

Фальшивый крест на мосту сгорел

Он был из бумаги, он был вчера

Листва упала пустым мешком

Над городом вьюга из разных мест...

Образец творчества.

Янка в естественной среде обитания

Яна Станиславовна Дягилева (4 сентября 1966 - около 9 мая 1991) — девушка-бард (хоть и причисляется к панк-рок музыкантам) из Новосибирска эпохи заката советской эры. Печально известна полными боли и тоски сюрреалистическими песнями с простеньким, но завораживающим мотивом и неоднозначным уходом из жизни в возрасте 24 лет. Любима как малолетними говнарями, так немногочисленной группой олдфагов.

Гадкий утенок

Родилась Янка в обыкновенной советской семье с небольшим достатком: отец - теплоэнергетик, мать - инженер промышленной вентиляции. Есть мнение, что имеет русские, украинские и чешские корни. Жили в стареньком одноэтажном доме, что располагается далеко не в самом благополучном районе города. Рыжая, некрасивая, нескладная, болезненная девочка с колючим нравом училась посредственно. Среда обитания наложила отпечаток на характер будущей легенды советского андеграуда - Янка была ярко выраженным интровертом, предпочитала проводить свободное от учебы время с книгой в руках: Цветаева, Ахматова, Гумилев. Уже в школьные годы пыталась писать стихи, которые к сожалению не сохранились. Проявляла интерес к гуманитарным наукам и музыке: некоторое время занималась по классу фортепиано, но скоро забросила учебу и проявила интерес к акустической гитаре, занятия с которой проводились в местом доме культуры. По заверению школьных знакомых и отца, несмотря на врожденные физические недостатки, благодаря упорству и желанию, Яна Станиславовна достигла немалых успехов в деле конькобежного спорта.

А я сижу книжечку читаю, очень нравится мне это занятие, а разговаривать не нравится. Я мало теперь разговариваю, потому что все какое–то вранье, а если не врать то всех обижать – вот я скоро научусь думать, что вранье – оно как будто и не вранье вовсе, а так и надо, – и опять начну со всеми разговаривать и шутить.

из писем Янки

Со сверстниками отношения девочки не очень складывались - сказывались скромность, застенчивость, непрезентабельная внешность. Окруженная выходцами из более обеспеченных семей, Янка чувствовала себе неуютно.

Янка в нежном возрасте
Янка повзрослела очень рано. Казалось, она всегда была угрюмая. На самом деле она просто уходила в себя, жила своим миром. Она раскрывалась лишь в своем тесном окружении. И эту ее сторону никто не видел.

одноклассница Елена Карпова

Музыкальные увлечения стали для Яны своего рода билетом в мир людей: на всех мероприятиях, связанных с массовым досугом, девушка всегда была с гитарой - исполняла песни на стихи малоизвестных и непризнанных в Советском Союзе поэтов, а однажды даже на одном из школьных вечеров исполнила песню на свои стихи, хотя до этого момента открыто их и не пела. Появились близкие подруги - небольшой узкий мирок доверенных лиц, которым она читала свои стихи, делилась мнениями, впечатлениями от прочитанного и увиденного.

Уже тогда стал вырисовываться особенный, неповторимый "янкин" стиль изъясняться: искренний, нарочито инфантильный, с обильным применением уменьшительно-ласкательных суффиксов, при этом полный женственности, игры и некоторой толики отчаяния и отчуждения. Она будто хочет пожалеть себя, всю такую странную и несуразную, но тоже время признает, что все эти особенности - её добровольный выбор. Радости окружающего мира были чужды Янке также, как окружающий мир чурался её самой. Получается как в песне кумиров предыдущего поколения "Carry that weight» - каждый несет свой крест [1].

В семье Яны отношения всегда были очень теплыми и нежными: она очень любила свою маму, могла часами сидеть с ней крылечке старенького дома в обнимку, говорить о чем-то. Вся нежность, которой так не хватало этому человеку выражалась в отношениях с матерью.

В 1983 повзрослевшая девушка окончила школу. Родители хотели, что Яна поступила в Кемеровский институт культуры, но в силу семейных проблем (болезнь матерь) этого не случилось и пришлось поступать в Новосибирский Институт Инженеров Водного Транспорта.

Студенческие годы: первая популярность и боль утраты

Янка в кругу друзей

К учебе в техническом ВУЗе Янка относилась формально, гораздо более важной составляющей её жизни стало участие в студенческом ансамбле политической песни "АМИГО" [2]. В кругу таких же реакционеров, как и сама Янка, ей было легко. С этими людьми она объехала все окрестности Новосибирска и стала набирать популярность среди знающих людей. Это и была её жизнь: английская поэзия (группа исполняла песни на английском, которым Янка неплохо владела), песни Гребенщикова и Дженис Джоплин бесконечные квартирники, живое непринужденное общение обо всем с теми людьми, которые были способны понять и принять непростые интересы и суждения девушки-барда. Двери её дома всегда были открыты, у Янки останавливались музыканты, приезжавшие на выступления. Собственно тогда и произошли её знакомства с метрами советского андеграунда: БГ, Майк Науменко, Юрий Шевчук и конечно же Александр Башлачев. Существует мнение, что СашБашем и Янкой были отношения, гораздо большие, чем просто дружба. Помните как у The Beatles: "And I've found that love is more that just holding hands" [3]. Считается, что вторичный визит Башлачева, колесившего по всему необъятному Советскому Союзу, связан именно с Янкой. Как бы то ни было, сейчас невозможно что-то утверждать или опровергать: СашБаш выпал из окна еще в 1988, Янка ушла в 1991. Вероятно череповецкий [4] самородок и оказал определенное влияние на творчество русской Дженис Джоплин [5], но несмотря на некоторую общность тематики и схожий стиль исполнения, Янка - отдельная единица.

Янка в быту.

В 1986 Янка бросает учебу в университете не закончив второго курса. А уже в октябре от тяжелейшей болезни умирает её мать. Начинается тяжелейший этап жизни Яны Станиславовны: не имя ни профессии, ни средств на существование, ей приходится менять одну тяжелейшую работу на другую. Доподлинно известно, что Янка подрабатывала прачкой, трудилась уборщицей (о чем не двусмысленно поется в её песне "Пол-королевства" - "Ключи от лаборатории на вахте"). Через два года не станет и Александра Башлачева, на концерте в память которого выступила и сама Янка и её новые омский друг Игорь "Егор" Летов, устроивший настоящий по меркам тех времен перфоманс.

По воспоминаниям знакомых и подруг питаться приходилось чем попалось, а работать абы кем Янке не хотелось. Зато продолжалась концертная деятельность в родном Новосибирске. Кроме того очень серьезно поддерживал отец: никогда не критиковал, помогал чем мог, да и верил, в что то, что Янка делает "здорово и вечно" [6]. На одном из таких выступлений в рамках Новосибирского рок-фестиваля (1987 года) Янка и познакомилась с Егором Летовым, который тогда играл в группе "Пик Клаксон", хотя уже и существовал проект "Гражданская оборона". Худощавый, странновато-интеллигентного вида, неклюжий и непохожий на остальных молодой человек в дурацких, почти профессорских очках сразу привлек внимание девушки. Они "нашли друг друга". Влюбилась Янка почти сразу. И уже обратно в Омск Летов возвращался не один. Знаменитому джазовому саксофонисту и старшему брату Игоря Сергею Летову Янка не понравилась сразу же: грубоватая, не красивая, полная. Это и не мудрено - никто и не мог даже предположить, что она что-то пишет. Такое отношение к Яне как к человеку было повсеместным.

Бега, романтический период.

Тем временем советская система, доживая свой недолгий век, продолжала выправлять сознание своих блудных сынов и дочерей посредством методики лечения "вялотекущей шизофрении". [7] Одним из таких пациентов стал и молодой поэт-музыкант Егор Летов. Видимо за откровенные антисоветские настроения еще в 1985 году был помещен в психиатрическую лечебницу, выйдя из которой он те только порадовал общественность целым циклом песен ("Все идет по плану", "Русское поле экспериментов", "Сквозь дыру в моей голове"), но и еще был обязан постоянно проходить обследования у врача. В один из таких визитов Егор пошел с Яной. Девушка осталась ждать в коридоре, а Егор зашел в кабинет. Врач осмотрел пациента, попросил подождать и вышел. Видимо Летов почувствовал неладное, и как в голливудских фильмах выбежал из кабинета, взял подругу за руку и сказал: «Собираемся, уходим.». По словам самого солиста "Гражданской обороны" в этот момент по параллельной лестнице уже поднимались люди в форме (совсем как эпизоде с бегством Гордона Фримена). Верить шизофренику или нет, дело ваше. Факт в том, что практически не имея ничего за душей, Янка и Егор отправились в путешествие автостопом. Естественно подобное приключение было сопряжено со всевозможными бытовыми неурядицами:

Мы были в «бегах» до декабря 1987 года, объездили всю страну, жили среди хиппи, пели песни на дорогах, питались, чем Бог послал, на базарах воровали продукты. Так что опыт бродячей жизни я поимел во всей красе. Где мы только ни жили – в подвалах, в заброшенных вагонах, на чердаках...

из воспоминаний Летова

.

Началась бурная совместная деятельность: выступали там, где могли. Объехали всю Европейскую часть СССР, давая концерты, квартирники,

==

Приобщиться

Самая толковая lossless-дискография янка. Содержит как раритетные издания "Отделения Выход" и "Manchester Files", так новые диски под редакцией Летова "Выргорода"

Примечания

  1. В оригинале "Неси свой груз". Это последняя записанная The Beatles совместно песня из альбома "Abby Road"
  2. Тогда в СССР были популярны подобные названия, недвусмысленно говорящее об интернациональной дружбе. В основном для конспирации.
  3. "И тогда я понял, что любовь - это нечто большее, чем просто держаться за руки". Цитата из песни "If I fell" из альбома "A hard day's night".
  4. Башлачев родом из Череповецка.
  5. Устойчивое, но не совсем верное сравнение, бытующее в русскоязычной рок-среде.
  6. Цитата из песни Егора Летова "Все как у людей".
  7. Изобретение советского корифея врачебного дела товарища Снежневского, описанное в цикле лекций "Шизофрения" в 1963 году. Во всем цивилизованном мире принято неоднозначно.